Страна негодяев
Автор: Есенин Сергей Александрович Жанр: Пьеса
Страна негодяев
ПЕРСОНАЛ
Комиссар из охраны железнодорожной линии Ч е к и с т о в
З а м а р а ш к и н - сочувствующий коммунистам. Доброволец.
Бандит Н о м а х.
Р а с с в е т о в.
Комиссары приисков Ч а р и н.
Л о б о к.
К о м е н д а н т поезда.
К р а с н о а р м е й ц ы.
Р а б о ч и е.
Советский сыщик Л и т з а - Х у н.
Повстанец Б а р с у к.
П о в с т а н ц ы.
М и л и ц и о н е р ы.
—————————————————————————————————————-
* ЧАСТЬ ПЕРВАЯ *
НА КАРАУЛЕ
Снежная чаща. Железнодорожная будка Уральской линии.
Ч е к и с т о в, охраняющий линию, ходит с одного конца в другой.
Ч е к и с т о в
Ну и ночь! Что за ночь!
Черт бы взял эту ночь
С ... адским холодом,
И такой темнотой,
С тем, что нужно без устали
Бельма перить.
. . . . . . . . . . . . . . . .
Стой!
Кто идет?
Отвечай!..
А не то
Мой наган размозжит твой череп!
Стой, холера тебе в живот.
Тише... тише...
З а м а р а ш к и н
Легче бранись, Чекистов!
От ругательств твоих
Даже у будки краснеют стены.
И с чего это, брат мой,
Ты так неистов?
Это ж... я... Замарашкин...
Иду на смену...
Ч е к и с т о в
Черт с тобой, что ты Замарашкин!
Я ведь не собака,
Чтоб слышать носом.
З а м а р а ш к и н
Ох, и зол же ты, брат мой!..
Аж до печенок страшно...
Я уверен, что ты страдаешь
Кровавым поносом...
Ч е к и с т о в
Ну, конечно, страдаю!
От этой проклятой селедки
Может вконец развалиться брюхо.
О!
Если б теперь... рюмку водки...
Я бы даже не выпил...
А так...
Понюхал...
. . . . . . . . . . . . . . . .
Знаешь? Когда эту селедку берешь
за хвост,
То думаешь,
Что вся она набита рисом...
Разломаешь,
Глядь:
Черви... Черви...
Жирные белые черви...
Дьявол нас, знать, занес
К этой грязной мордве
И вонючим черемисам!
З а м а р а ш к и н
Что ж делать,
Когда выпал такой нам год?
Скверный год! Отвратительный год!
Это еще ничего...
Там... За Самарой... Я слышал...
Люди едят друг друга...
Такой выпал нам год!
Скверный год!
Отвратительный год!
И к тому же еще чертова вьюга.
Ч е к и с т о в
Мать твою в эт-твою
Ветер, как сумасшедший мельник,
Крутит жерновами облаков
День и ночь...
День и ночь...
А народ ваш сидит, бездельник,
И не хочет себе ж помочь.
Нет бездарней и лицемерней,
Чем ваш русский равнинный мужик!
Коль живет он в Рязанской губернии,
Так о Тульской не хочет тужить.
То ли дело Европа?
Там тебе не вот эти хаты,
Которым, как глупым курам,
Головы нужно давно под топор...
З а м а р а ш к и н
Слушай, Чекистов!..
С каких это пор
Ты стал иностранец?
Я знаю, что ты еврей,
Фамилия твоя Лейбман,
И черт с тобой, что ты жил
За границей...
Все равно в Могилеве твой дом.
Ч е к и с т о в
Ха-ха!
Нет, Замарашкин!
Я гражданин из Веймара
И приехал сюда не как еврей,
А как обладающий даром
Укрощать дураков и зверей.
Я ругаюсь и буду упорно
Проклинать вас хоть тысячи лет,
Потому что...
Потому что хочу в уборную,
А уборных в России нет.
Странный и смешной вы народ!
Жили весь век свой нищими
И строили храмы божие...
Да я б их давным-давно
Перестроил в места отхожие.
Ха-ха!
Что скажешь, Замарашкин?
Ну?
Или тебе обидно,
Что ругают твою страну?
Бедный! Бедный Замарашкин...
З а м а р а ш к и н
Черт-те что ты городишь, Чекистов!
Ч е к и с т о в
Мне нравится околесина.
Видишь ли... я в жизни
Был бедней церковного мыша
И глодал вместо хлеба камни.
Но у меня была душа,
Которая хотела быть Гамлетом.
Глупая душа, Замарашкин!
Ха-ха!
А когда я немного подрос,
Я увидел...
Слышатся чьи-то шаги.
Тише... Помолчи, голубчик...
Кажется... кто-то... кажется...
Черт бы взял этого мерзавца Номаха
И всю эту банду повстанцев!
Я уверен, что нынче ночью
Ты заснешь, как плаха,
А он опять остановит поезд
И разграбит станцию.
З а м а р а ш к и н
Я думаю, этой ночью он не придет.
Нынче от холода в воздухе
Дохли птицы.
Для конницы нынче
Дорога скользка, как лед,
А с пехотой прийти
Он и сам побоится.
Нет! этой ночью он не придет!
Будь спокоен, Чекистов!
Это просто с мороза проскрипело дерево...
Ч е к и с т о в
Хорошо! Я спокоен. Сейчас уйду.
Продрог до костей от волчьей стужи.
А в казарме сегодня,
Как на беду,
Из прогнившей картошки
Холодный ужин.
Эх ты, Гамлет, Гамлет!
Ха-ха, Замарашкин!..
Прощай!
Карауль в оба!..
З а м а р а ш к и н
Хорошего аппетита!
Спокойной ночи!
Ч е к и с т о в
Мать твою в эт-твою!
(Уходит.)
ССОРА ИЗ-ЗА ФОНАРЯ
Некоторое время З а м а р а ш к и н расхаживает около будки один. Потом
неожиданно подносит руку к губам и издает в два пальца осторожный свист. Из
чащи, одетый в русский полушубок и в шапку-ушанку, выскакивает Н о м а х.
Н о м а х
Что говорил тебе этот коммунист?
З а м а р а ш к и н
Слушай, Номах! Оставь это дело.
Они за тебя по-настоящему взялись.
Как бы не на столбе
Очутилось твое тело.
Н о м а х
Ну так что ж!
Для ворон будет пища.
З а м а р а ш к и н
Но ты должен щадить других.
Н о м а х
Что другие?
Свора голодных нищих.
Им все равно...
В этом мире немытом
Душу человеческую
Ухорашивают рублем,
И если преступно здесь быть бандитом,
То не более преступно,
Чем быть королем...
Я слышал, как этот прохвост
Говорил тебе о Гамлете.
Что он в нем смыслит?
Гамлет восстал против лжи,
В которой варился королевский двор.
Но если б теперь он жил,
То был бы бандит и вор.
Потому что человеческая жизнь
Это тоже двор,
Если не королевский, то скотный.
З а м а р а ш к и н
Помнишь, мы зубрили в школе?
“Слова, слова, слова...”
Впрочем, я вас обоих
Слушаю неохотно.
У меня есть своя голова.
Я только всему свидетель,
В тебе ж люблю старого друга.
В час несчастья с тобой на свете
Моя помощь к твоим услугам.
Н о м а х
Со мною несчастье всегда.
Мне нравятся жулики и воры.
Мне нравятся груди,
От гнева спертые.
Люди устраивают договоры,
А я посылаю их к черту.
Кто смеет мне быть правителем?
Пусть те, кому дорог хлев,
Называются гражданами и жителями
И жиреют в паршивом тепле.
Это все твари тленные!
Предмет для навозных куч!
А я - гражданин вселенной,
Я живу, как я сам хочу!
З а м а р а ш к и н
Слушай, Номах... Я знаю,
Быть может, ты дьявольски прав,
Но все ж... Я тебе желаю
Хоть немного смирить свой нрав.
Подумай... Не завтра, так после...
Не после... Так после опять...
Слова ведь мои не кости,
Их можно легко прожевать.
Ты понимаешь, Номах?
Н о м а х
Ты думаешь, меня это страшит?
Я знаю мою игру.
Мне здесь на все наплевать.
Я теперь вконец отказался от многого,
И в особенности от государства,
Как от мысли праздной,
Оттого что постиг я,
Что все это договор,
Договор зверей окраски разной.
Люди обычаи чтут как науку,
Да только какой же в том смысл и прок,
Если многие громко сморкаются в руку,
А другие обязательно в носовой платок.
Мне до дьявола противны
И те и эти.
Я потерял равновесие...
И знаю сам -
Конечно, меня подвесят
Когда-нибудь к небесам.
Ну так что ж!
Это еще лучше!
Там можно прикуривать о звезды...
Но...
Главное не в этом.
Сегодня проходит экспресс,
В 2 ночи -
46 мест.
Красноармейцы и рабочие.
Золото в слитках.
З а м а р а ш к и н
Ради бога, меня не впутывай!
Н о м а х
Ты дашь фонарь.
З а м а р а ш к и н
Какой фонарь?
Н о м а х
Красный.
З а м а р а ш к и н
Этого не будет!
Н о м а х
Будет хуже.
З а м а р а ш к и н
Чем хуже?
Н о м а х
Я разберу рельсы.
З а м а р а ш к и н
Номах! Ты подлец!
Ты хочешь меня под расстрел...
Ты хочешь, чтоб трибунал...
Н о м а х
Не беспокойся! Ты будешь цел.
Я 200 повстанцев сюда пригнал.
Коль боишься расстрела,
Бежим со мной.
З а м а р а ш к и н
Я? С тобой?
Да ты спятил с ума!
Н о м а х
В голове твоей бродит
Непроглядная тьма.
Я думал - ты смел,
Я думал - ты горд,
А ты только лишь лакей
Узаконенных держиморд.
Ну так что ж!
У меня есть выход другой,
Он не хуже...
З а м а р а ш к и н
Я не был никогда слугой.
Служит тот, кто трус.
Я не пленник в моей стране,
Ты меня не заманишь к себе.
Уходи! Уходи!
Уходи, ради дружбы.
Н о м а х
Ты, как сука, скулишь при луне...
З а м а р а ш к и н
Уходи! Не заставь скорбеть...
Мы ведь товарищи старые...
Уходи, говорю тебе...
(Трясет винтовкой.)
А не то вот на этой гитаре
Я сыграю тебе разлуку.
Н о м а х
(смеясь)
Слушай, защитник коммуны,
Ты, пожалуй, этой гитарой
Оторвешь себе руку.
Спрячь-ка ее, бесструнную,
Чтоб не охрипла на холоде.
Я и сам ведь сонату лунную
Умею играть на кольте.
З а м а р а ш к и н
Ну и играй, пожалуйста.
Только не здесь!
Нам такие музыканты не нужны.
Н о м а х
Все вы носите овечьи шкуры,
И мясник пасет для вас ножи.
Все вы стадо!
Стадо! Стадо!
Неужели ты не видишь? Не поймешь,
Что такого равенства не надо?
Ваше равенство - обман и ложь.
Старая гнусавая шарманка
Этот мир идейных дел и слов.
Для глупцов - хорошая приманка,
Подлецам - порядочный улов.
Дай фонарь!
З а м а р а ш к и н
Иди ты к черту!
Н о м а х
Тогда не гневайся,
Пускай тебя не обижает
Другой мой план.
З а м а р а ш к и н
Ни один план твой не пройдет.
Н о м а х
Ну, это мы еще увидим...
. . . . . . . . . . . . . . . .
Послушай, я тебе скажу:
Коль я хочу,
Так, значит, надо.
Ведь я башкой моей не дорожу
И за грабеж не требую награды.
Все, что возьму,
Я все отдам другим.
Мне нравится игра,
Ни слава и ни злато.
Приятно мне под небом голубым
Утешить бедного и вшивого собрата.
Дай фонарь!
З а м а р а ш к и н
Отступись, Номах!
Н о м а х
Я хочу сделать для бедных праздник.
З а м а р а ш к и н
Они сделают его сами.
Н о м а х
Они сделают его через 1000 лет.
З а м а р а ш к и н
И то хорошо.
Н о м а х
А я сделаю его сегодня.
. . . . . . . . . . . . . . . .
Бросается на Замарашкина и давит его за горло. Замарашкин падает. Номах
завязывает ему рот платком и скручивает веревками руки и ноги. Некоторое
время он смотрит на лежащего, потом идет в будку и выходит оттуда с
зажженным красным фонарем.
——————————————————————————-
* ЧАСТЬ ВТОРАЯ *
ЭКСПРЕСС N 5
Салон-вагон. В вагоне страшно накурено. Едут к о м и с с а р ы
и р а б о ч и е. Ведут спор.
Р а с с в е т о в
Чем больше гляжу я на снежную ширь,
Тем думаю все упорнее.
Черт возьми!
Да ведь наша Сибирь
Богаче, чем желтая Калифорния.
С этими запасами руды
Нам не страшна никакая
Мировая блокада.
Только работай! Только трудись!
И в республике будет,
Что кому надо.
Можно ль представить,
Что в месяц один
Открыли пять золотоносных жил.
В Америке это было бы сенсацией,
На бирже стоял бы рев.
Маклера бы скупали акции,
Выдавая 1 пуд за 6 пудов.
Я работал в клондайкских приисках,
Где один нью-йоркский туз
За 3 миллиона без всякого риска
12 1/2 положил в картуз.
А дело все было под шепот,
Просто биржевой трюк,
Но многие, денежки вхлопав,
Остались почти без брюк.
О! Эти американцы...
Они - неуничтожимая моль.
Сегодня он в оборванцах,
А завтра золотой король.
Так было и здесь...
Самый простой прощелыга,
Из индианских мест,
Жил, по-козлиному прыгал
И вдруг в богачи пролез.
Я помню все штуки эти.
Мы жили в ночлежках с ним.
Он звал меня мистер Развети,
А я его - мистер Джим.
“Послушай, - сказал он, - please,
Ведь это не написано в брамах,
Чтобы без wisky и miss
Мы валялись с тобою в ямах.
У меня в животе лягушки
Завелись от голодных дум.
Я хочу хорошо кушать
И носить хороший костюм.
Есть одна у меня затея,
И если ты не болван,
То без всяких словес, не потея,
Согласишься на этот план.
Нам нечего очень стараться,
Чтоб расходовать жизненный сок.
Я знаю двух-трех мерзавцев,
У которых золотой песок.
Они нам отыщут банкира
(т. е. мерзавцы эти),
И мы будем королями мира...
Ты понял, мистер Развети?”
“Открой мне секрет, Джим!” -
Сказал я ему в ответ.
А он мне сквозь трубочный дым
Пробулькал:
“Секретов нет!
Мы просто возьмем два ружья,
Зарядим золотым песком
И будем туда стрелять,
Куда нам укажет Том”.
(А Том этот был рудокоп -
Мошенник, каких поискать.)
И вот мы однажды тайком
В Клондайке.
Нас целая рать...
И по приказу, даденному
Под браунинги в висок,
Мы в четыре горы громадины
Золотой стреляли песок,
Как будто в слонов лежащих,
Чтоб достать дорогую кость.
И громом гремела в чащах
Ружей одичалая злость.
Наш предводитель живо
Шлет телеграмму потом:
“Открыли золотую жилу.
Приезжайте немедленно.
Том”.
А дело было под шепот,
Просто биржевой трюк...
Но многие, денежки вхлопав,
Остались почти без брюк.
Ч а р и н
Послушай, Рассветов! и что же,
Тебя не смутил обман?
Р а с с в е т о в
Не все ли равно,
К какой роже
Капиталы текут в карман.
Мне противны и те и эти.
Все они -
Класс грабительских банд.
Но должен же, друг мой, на свете
Жить Рассветов Никандр.
Г о л о с и з г р у п п ы
Правильно!
Д р у г о й г о л о с
Конечно, правильно!
Т р е т и й г о л о с
С паршивой овцы хоть шерсти
Человеку рабочему клок.
Ч а р и н
Значит, по этой версии
Подлость подчас не порок?
П е р в ы й г о л о с
Ну конечно, в собачьем стане,
С философией жадных собак,
Защищать лишь себя не станет
Тот, кто навек дурак.
Р а с с в е т о в
Дело, друзья, не в этом.
Мой рассказ вскрывает секрет.
Можно сказать перед всем светом,
Что в Америке золота нет.
Там есть соль,
Там есть нефть и уголь,
И железной много руды.
Кладоискателей вьюга
Замела золотые следы.
Калифорния - это мечта
Всех пропойц и неумных бродяг.
Тот, кто глуп или мыслить устал,
Прозябает в ее краях.
Эти люди - гнилая рыба.
Вся Америка - жадная пасть,
Но Россия... вот это глыба...
Лишь бы только Советская власть!..
Мы, конечно, во многом отстали.
Материк наш:
Лес, степь да вода.
Из железобетона и стали
Там настроены города.
Вместо наших глухих раздолий,
Там, на каждой почти полосе,
Перерезано рельсами поле
С цепью каменных рек - шоссе.
И по каменным рекам без пыли,
И по рельсам без стона шпал
И экспрессы и автомобили
От разбега в бензинном мыле
Мчат, секундой считая доллар,
Места нет здесь мечтам и химерам,
Отшумела тех лет пора.
Все курьеры, курьеры, курьеры,
Маклера, маклера, маклера.
От еврея и до китайца
Проходимец и джентельмен,
Все в единой графе считаются
Одинаково - business men,
На цилиндры, шапо и кепи
Дождик акций свистит и льет.
Вот где вам мировые цепи,
Вот где вам мировое жулье.
Если хочешь здесь душу выржать,
То сочтут: или глуп, или пьян.
Вот она - мировая биржа!
Вот они - подлецы всех стран.
Ч а р и н
Да, Рассветов! но все же, однако,
Ведь и золота мы хотим.
И у нас биржевая клоака
Расстилает свой едкий дым.
Никому ведь не станет в новинки,
Что в кремлевские буфера
Уцепились когтями с Ильинки
Маклера, маклера, маклера...
И в ответ партийной команде,
За налоги на крестьянский труд,
По стране свищет банда на банде,
Волю власти считая за кнут.
И кого упрекнуть нам можно?
Кто сумеет закрыть окно,
Чтоб не видеть, как свора острожная
И крестьянство так любят Махно?
Потому что мы очень строги,
А на строгость ту зол народ,
У нас портят железные дороги,
Гибнут озими, падает скот.
Люди с голоду бросились в бегство,
Кто в Сибирь, а кто в Туркестан,
И оскалилось людоедство
На сплошной недород у крестьян.
Их озлобили наши поборы,
И, считая весь мир за бедлам,
Они думают, что мы воры
Иль поблажку даем ворам.
Потому им и любы бандиты,
Что всосали в себя их гнев.
Нужно прямо сказать, открыто,
Что республика наша - bluff,
Мы не лучшее, друг мой, дерьмо.
Р а с с в е т о в
Нет, дорогой мой!
Я вижу, у вас
Нет понимания масс.
Ну кому же из нас не известно
То, что ясно как день для всех.
Вся Россия - пустое место.
Вся Россия - лишь ветер да снег.
Этот отзыв ни резкий, ни черствый.
Знают все, что до наших лбов
Мужики караулили версты
Вместо пегих дорожных столбов.
Здесь все дохли в холере и оспе.
Не страна, а сплошной бивуак.
Для одних - золотые россыпи,
Для других - непроглядный мрак.
И кому же из нас незнакомо,
Как на теле паршивый прыщ,
Тысчи лет из бревна да соломы
Строят здания наших жилищ.
10 тысяч в длину государство,
В ширину около верст тысяч 3-х.
Здесь одно лишь нужно лекарство -
Сеть шоссе и железных дорог.
Вместо дерева нужен камень,
Черепица, бетон и жесть.
Города создаются руками,
Как поступками - слава и честь.
Подождите!
Лишь только клизму
Мы поставим стальную стране,
Вот тогда и конец бандитизму,
Вот тогда и конец резне.
Слышатся тревожные свистки паровоза. Поезд замедляет ход.
Все вскакивают.
Р а с с в е т о в
Что такое?
Л о б о к
Тревога!
П е р в ы й г о л о с
Тревога!
Р а с с в е т о в
Позовите коменданта!
К о м е н д а н т
(вбегая)
Я здесь.
Р а с с в е т о в
Что случилось?
К о м е н д а н т
Красный фонарь...
Р а с с в е т о в
(смотрит в окно)
Гм... да... я вижу...
Л о б о к
Дьявольская метель...
Вероятно, занос.
К о м е н д а н т
Сейчас узнаем...
Поезд останавливается. Комендант выбегает.
Р а с с в е т о в
Это не станция и не разъезд,
Просто маленькая железнодорожная будка.
Л о б о к
Мне говорили, что часто здесь
Поезда прозябают по целым суткам.
Ну, а еще я слышал...
Ч а р и н
Что слышал?
Л о б о к
Что здесь немного шалят.
Р а с с в е т о в
Глупости...
Для кого как.
Входит к о м е н д а н т.
Р а с с в е т о в
Ну?
К о м е н д а н т
Здесь стрелочник и часовой
Говорят, что отсюда за 1/2 версты
Сбита рельса.
Р а с с в е т о в
Надо поправить.
К о м е н д а н т
Часовой говорит, что до станции
По другой ветке верст 8.
Можно съездить туда
И захватить мастеров.
Р а с с в е т о в
Отцепляйте паровоз и поезжайте.
К о м е н д а н т
Это дело 30-ти минут.
Уходит. Рассветов и другие остаются, погруженные в молчание.
ПОСЛЕ 30-ти МИНУТ
К р а с н о а р м е е ц
(вбегая в салон-вагон)
Несчастие! Несчастие!
В с е
(вперебой)
Что такое?..
Что случилось?..
Что такое?..
К р а с н о а р м е е ц
Комендант убит.
Вагон взорван.
Золото ограблено.
Я ранен.
Несчастие! Несчастие!
Вбегает р а б о ч и й.
Р а б о ч и й
Товарищи! Мы обмануты!
Стрелочник и часовой
Лежат здесь в будке.
Они связаны.
Это провокация бандитов.
Р а с с в е т о в
За каким вы дьяволом
Увезли с собой вагон?
К р а с н о а р м е е ц
Комендант послушался стрелочника...
Р а с с в е т о в
Мертвый болван!
К р а с н о а р м е е ц
Лишь только мы завернули
На этот... другой путь,
Часовой сразу 2 пули
Всадил коменданту в грудь.
Потом выстрелил в меня.
Я упал...
Потом он громко свистнул,
И вдруг, как из-под земли,
Сугробы взрывая,
Нас окружили в приступ
Около двухсот негодяев.
Машинисту связали руки,
В рот запихали платок.
Потом я услышал стуки
И взрыв, где лежал песок.
Метель завывала чертом.
В плече моем ныть и течь.
Я притворился мертвым
И понял, что надо бечь.
Л о б о к
Я знаю этого парня,
Что орудует в этих краях.
Он, кажется, родом с Украйны
И кличку носит Номах.
Р а с с в е т о в
Номах?
Л о б о к
Да. Номах.
Вбегает в т о р о й к р а с н о а р м е е ц.
2-й к р а с н о а р м е е ц
Рельсы в полном порядке!
Так что, выходит, обман...
Р а с с в е т о в
(хватаясь за голову)
И у него не хватило догадки!..
Мертвый болван!
Мертвый болван!
——————————————————————————-
* ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ *
О ЧЕМ ГОВОРИЛИ НА ВОКЗАЛЕ N В СЛЕДУЮЩИЙ ДЕНЬ
З а м а р а ш к и н
(один около стола с телефоном)
Если б я не был обижен,
Я, может быть, и не сказал,
Но теперь я отчетливо вижу,
Что он плюнул мне прямо в глаза.
Входят Р а с с в е т о в, Л о б о к и Ч е к и с т о в.
Л о б о к
Я же говорил, что это место
Считалось опасным всегда.
Уже с прошлого года
Стало известно,
Что он со всей бандой перебрался сюда.
Р а с с в е т о в
Что мне из того, что ты знал?
Узнай, где теперь он.
Ч е к и с т о в
Ты, Замарашкин, идиот!
Я будто предчувствовал.
Р а с с в е т о в
Бросьте вы к черту ругаться, -
Это теперь не помога.
Нам нужно одно:
Дознаться,
По каким они скрылись дорогам.
Ч е к и с т о в
Метель замела все следы.
З а м а р а ш к и н
Пустяки, мы следы отыщем.
Не будем ставить громоздко
Вопрос, где лежат пути.
Я знаю из нашего розыска
Ищейку, каких не найти.
Это шанхайский китаец.
Он коммунист и притом,
Под видом бродяги слоняясь,
Знает здесь каждый притон.
Р а с с в е т о в
Это, пожалуй, дело.
Л о б о к
Как зовут китайца?
Уж не Литза ли Хун?
З а м а р а ш к и н
Он самый!
Л о б о к
О, про него много говорят теперь.
Тогда Номах в наших лапах.
Р а с с в е т о в
Но, я думаю, Номах
Тоже не из тетерь...
З а м а р а ш к и н
Он чует самый тонкий запах.
Р а с с в е т о в
Потом ведь нам очень важно
Поймать его не пустым...
Нам нужно вернуть покражу...
Но золото, может, не с ним...
З а м а р а ш к и н
Золото, конечно, не при нем.
Но при слежке вернем и пропажу.
Нужно всех их забрать живьем...
Под кнутом они сами расскажут.
Р а с с в е т о в
Что же: звоните в розыск.
З а м а р а ш к и н
(подходит к телефону)
43-78…
Алло...
43-78?
ПРИВОЛЖСКИЙ ГОРОДОК
Тайный притон с паролем “Авдотья, подними подол”.
2 т а й н ы х п о с е т и т е л я. К а б а т ч и ц а,
с у д о м о й к а и п о д а в щ и ц а.
К а б а т ч и ц а
Спирт самый чистый, самый настоящий!
Сама бы пила, да деньги надо.
Милости просим.
Заглядывайте почаще.
Хоть утром, хоть в полночь -
Я всегда вам рада.
Входят Н о м а х, Б а р с у к и еще 2 п о в с т а н ц а.
Номах в пальто и шляпе.
Б а р с у к
Привет тетке Дуне!
К а б а т ч и ц а
Мое вам почтение, молодые люди.
1-й п о в с т а н е ц
Дай-ка и нам по баночке клюнуть.
С перезябу-то легче, пожалуй, будет.
Садятся за стол около горящей печки.
К а б а т ч и ц а
Сейчас, мои дорогие!
Сейчас, мои хорошие!
Н о м а х
Холод зверский. Но... все-таки
Я люблю наши русские вьюги.
Б а р с у к
Мне все равно. Что вьюга, что дождь...
У этой тетки
Спирт такой,
Что лучше во всей округе не найдешь.
1-й п о в с т а н е ц
Я не люблю вьюг,
Зато с удовольствием выпью.
Когда крутит снег,
Мне кажется,
На птичьем дворе гусей щиплют.
Вкус у меня раздражительный,
Аппетит, можно сказать, неприличный,
А потому я хотел бы положительно
Говядины или птичины.
К а б а т ч и ц а
Сейчас, мои желанные...
Сейчас, сейчас...
(Ставит спирт и закуску.)
Н о м а х
(тихо к кабатчице)
Что за люди... сидят здесь... окол?.
К а б а т ч и ц а
Свои, голубчик,
Свои, мой сокол.
Люди не простого рода,
Знатные-с, сударь,
Я знаю их 2 года.
Посетители - первый класс,
Каких нынче мало.
У меня уж набит глаз
В оценке материала.
Люди ловкой игры.
Оба - спецы по винам.
Торгуют из-под полы
И спиртом и кокаином.
Не беспокойтесь! У них
Язык на полке.
Их ищут самих
Красные волки.
Это дворяне,
Щербатов и Платов.
Посетители начинают разговаривать.
Щ е р б а т о в
Авдотья Петровна!
Вы бы нам на гитаре
Вальс
“Невозвратное время”.
П л а т о в
Или эту... ту, что вчера...
(напевает)
“Все, что было,
Все, что мило,
Все давным-давно
Уплы-ло...”
Эх, Авдотья Петровна!
Авдотья Петровна!
Кабы нам назад лет 8,
Старую Русь,
Старую жизнь,
Старые зимы,
Старую осень.
Б а р с у к
Ишь чего хочет, сволочь!
1-й п о в с т а н е ц
М-да-с...
Щ е р б а т о в
Невозвратное время! Невозвратное время!
Пью за Русь!
Пью за прекрасную
Прошедшую Русь.
Разве нынче народ пошел?
Разве племя?
Подлец на подлеце
И на трусе трус.
Отцвело навсегда
То, что было в стране благородно.
Золотые года!
Ах, Авдотья Петровна!
Сыграйте, Авдотья Петровна,
Вальс,
Сыграйте нам вальс
“Невозвратное время”.
К а б а т ч и ц а
Да, родимые, да, сердешные!
Это не жизнь, а сплошное безобразие.
Я ведь тоже была
Дворянка здешняя
И училась в первой
Городской гимназии.
П л а т о в
Спойте! Спойте, Авдотья Петровна!
Спойте: “Все, что было”.
К а б а т ч и ц а
Обождите, голубчики,
Дайте с посудой справиться.
Щ е р б а т о в
Пожалуйста. Пожалуйста!
П л а т о в
Пожалуйста, Авдотья Петровна!
Через кухонные двери появляется к и т а е ц.
К и т а е ц
Ниет Амиэрика,
Ниет Евыропе.
Опий, опий,
Сыамый лыучий опий.
Шанго курил,
Диеньги дыавал,
Сыам лиубил,
Есыли б не сытрадал.
Куришь, колица виюца,
А хыто пыривык,
Зыабыл ливарюца,
Зыабыл большевик.
Ниет Амиэрика,
Ниет Евыропе.
Опий, опий,
Сыамый лыучий опий.
Щ е р б а т о в
Эй, ходя! Давай 2 трубки.
К и т а е ц
Диеньги пирет.
Хыодя очень бедыный.
Тывой шибко живет,
Мой очень быледный.
П о д а в щ и ц а
Курить на кухню.
Щ е р б а т о в
На кухню так на кухню.
(Покачиваясь, идет с Платовым на кухню.
Китаец за ними.)
Н о м а х
Ну и народец здесь.
О всех веревка плачет.
Б а р с у к
М-да-с...
1-й п о в с т а н е ц
Если так говорить,
То, значит,
В том числе и о нас.
Б а р с у к
Разве ты себя считаешь негодяем?
1-й п о в с т а н е ц
Я не считаю,
Но нас считают.
2-й п о в с т а н е ц
Считала лисица
Ворон на дереве.
К столику подходит подавщица.
П о д а в щ и ц а
Сегодня в газете...
Н о м а х
Что в газете?
П о д а в щ и ц а
(тихо)
Пишут, что вы разгромили поезд,
Убили коменданта и красноармейца.
За вами отправились в поиски.
Говорят, что поймать надеются.
Обещано 1000 червонцев.
С описанием ваших примет:
Блондин.
Среднего роста.
28-ми лет.
(Отходит.)
Н о м а х
Ха-ха!
Замарашкин не выдержал.
Б а р с у к
Я говорил, что его нужно было
Прикончить, и дело с концом.
Тогда б ни одно рыло
Не знало,
Кто справился с мертвецом.
Н о м а х
Ты слишком кровожаден.
Если б я видел,
То и этих двоих
Не позволил убить...
Зачем?
Ведь так просто
Связать руки
И в рот платок.
Б а р с у к
Нет! Это не так уж просто.
В живом остается протест.
Молчат только те - на погостах,
На ком крепкий камень и крест.
Мертвый не укусит носа,
А живой...
Н о м а х
Кончим об этом.
1-й п о в с т а н е ц
Два вопроса...
Н о м а х
Каких?
1-й п о в с т а н е ц
Куда деть слитки
И куда нам?
Н о м а х
Я сегодня в 12 в Киев.
Паспорт у меня есть.
Вас не знают, кто вы такие,
Потому оставайтесь здесь...
Телеграммой я дам вам знать,
Где я буду...
В какие минуты...
Обязательно тыщ 25
На песок закупить валюты.
Пусть они поумерят прыть -
Мы мозгами немного побольше...
Б а р с у к
Остальное зарыть?
Н о м а х
Часть возьму я с собой,
Остальное пока зарыть...
После можно отправить в Польшу.
У меня созревает мысль
О российском перевороте,
Лишь бы только мы крепко сошлись,
Как до этого, в нашей работе.
Я не целюсь играть короля
И в правители тоже не лезу,
Но мне хочется погулять
И под порохом и под железом.
Мне хочется вызвать тех,
Что на Марксе жиреют, как янки.
Мы посмотрим их храбрость и смех,
Когда двинутся наши танки.
Б а р с у к
Замечательный план!
1-й п о в с т а н е ц
Мы всегда готовы.
2-й п о в с т а н е ц
Я как-то отвык без войны.
Б а р с у к
Мы все по ней скучаем.
Стало тошно до чертиков
Под юбкой сидеть у жены
И живот напузыривать чаем.
Денег нет, чтоб пойти в кабак,
Сердце ж спиртику часто хочет.
Я от скуки стал нюхать табак -
Хоть немного в носу щекочет.
Н о м а х
Ну, а теперь пора.
До 12 четверть часа.
(Бросает на стол два золотых.)
Б а р с у к
Может быть, проводить?
Н о м а х
Ни в коем случае.
Я выйду один.
(Быстро прощается и уходит.)
Из кухни появляется к и т а е ц и неторопливо выходит
вслед за ним. Опьяневшие посетители садятся на свои места.
Барсук берет шапку, кивает товарищам на китайца и выходит тоже.
Щ е р б а т о в
Слушай, Платов!
Я совсем ничего не чувствую.
П л а т о в
Это виноват кокаин.
Щ е р б а т о в
Нет, это не кокаин.
Я, брат, не пьян.
Я всего лишь одну понюшку.
По-моему, этот китаец
Жулик и шарлатан!
Ну и народ пошел!
Ну и племя!
Ах, Авдотья Петровна!
Сыграйте нам, Авдотья Петровна, вальс...
Сыграйте нам вальс
“Невозвратное время”.
(Тычется носом в стол. Платов тоже.)
Повстанцы молча продолжают пить. К а б а т ч и ц а входит с
гитарой. Садится у стойки и начинает настраивать.
——————————————————————————-
* ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ *
НА ВОКЗАЛЕ N
Р а с с в е т о в и З а м а р а ш к и н.
Вбегает Ч е к и с т о в.
Ч е к и с т о в
Есть! Есть! Есть!
Замарашкин, ты не брехун!
Вот телеграмма:
“Я Киев. Золото здесь.
Нужен ли арест.
Литза-Хун”.
(Передает телеграмму Рассветову.)
Р а с с в е т о в
Все это очень хорошо,
Но что нужно ему ответить?
Ч е к и с т о в
Как что?
Конечно, взять на цугундер!
Р а с с в е т о в
В этом мало радости -
Уничтожить одного,
Когда на свободе
Будет 200 других.
Ч е к и с т о в
Других мы поймаем потом.
С другими успеем после...
Они ходят
Из притона в притон,
Пьют спирт и играют в кости.
Мы возьмем их в любом кабаке.
В них одних, без Номаха,
Толку мало.
А пока
Нужно крепко держать в руке
Ту добычу,
Которая попала.
Р а с с в е т о в
Теперь он от нас не уйдет,
Особенно при сотне нянек.
Ч е к и с т о в
Что ему няньки?
Он их сцапает в рот,
Как самый приятный
И легкий пряник.
Р а с с в е т о в
Когда будут следы к другим,
Мы возьмем его в 2 секунды.
Я не знаю, с чего вы
Вдолбили себе в мозги -
На цугундер да на цугундер.
Нам совсем не опасен
Один индивид,
И скажу вам, коллега, вкратце,
Что всегда лучше
Отыскивать нить
К общему центру организации.
Нужно мыслить без страха.
Послушайте, мой дорогой:
Мы уберем Номаха,
Но завтра у них будет другой.
Дело совсем не в Номахе,
А в тех, что попали за борт.
Нашей веревки и плахи
Ни один не боится черт.
Страна негодует на нас.
В стране еще дикие нравы.
Здесь каждый Аким и Фанас
Бредит имперской славой.
Еще не изжит вопрос,
Кто ляжет в борьбе из нас.
Честолюбивый росс
Отчизны своей не продаст.
Интернациональный дух
Прет на его рожон.
Мужик если гневен не вслух,
То завтра придет с ножом.
Повстанчество есть сигнал.
Поэтому сказ мой весь:
Тот, кто крыло поймал,
Должен всю птицу съесть.
Ч е к и с т о в
Клянусь всеми чертями,
Что эта птица
Даст вам крылом по морде
И улетит из-под носа.
Р а с с в е т о в
Это не так просто.
З а м а р а ш к и н
Для него будет,
Пожалуй, очень просто.
Р а с с в е т о в
Мы усилим надзор
И возьмем его,
Как мышь в мышеловку.
Но только тогда этот вор
Получит свою веревку,
Когда хоть бандитов сто
Будет качаться с ним рядом,
Чтоб чище синел простор
Коммунистическим взглядом.
Ч е к и с т о в
Слушайте, товарищ!
Это превышение власти -
Этот округ вверен мне.
Мне нужно поймать преступника,
А вы разводите теорию.
Р а с с в е т о в
Как хотите, так и называйте.
Но,
Чтоб больше наш спор
Не шел о том,
Мы сегодня ж дадим ответ:
“Литза-Хун!
Наблюдайте за золотом.
Больше приказов нет”.
Чекистов быстро поворачивается, хлопает дверью и
выходит в коридор.
В КОРИДОРЕ
Ч е к и с т о в
Тогда я поеду сам.
КИЕВ
Хорошо обставленная квартира. На стене большой, во весь рост,
портрет Петра Великого. Н о м а х сидит на крыле кресла,
задумавшись. Он, по-видимому, только что вернулся. Сидит в
шляпе. В дверь кто-то барабанит пальцами. Номах, как
бы пробуждаясь от дремоты, идет осторожно к двери,
прислушивается и смотрит в замочную скважину.
Н о м а х
Кто стучит?
Г о л о с
Отворите... Это я...
Н о м а х
Кто вы?
Г о л о с
Это я... Барсук...
Н о м а х
(отворяя дверь)
Что это значит?
Б а р с у к
(входит и закрывает дверь)
Это значит - тревога.
Н о м а х
Кто-нибудь арестован?
Нет.
Н о м а х
В чем же дело?
Б а р с у к
Нужно быть наготове,
Немедленно нужно в побег.
За вами следят.
Вас ловят.
И не вас одного, а всех.
Н о м а х
Откуда ты узнал это?
Б а р с у к
Конечно, не высосал из пальцев.
Вы помните тот притон?
Н о м а х
Помню.
Б а р с у к
А помните одного китайца?
Н о м а х
Да...
Но неужели...
Б а р с у к
Это он.
Лишь только тогда вы скрылись,
Он последовал за вами.
Через несколько минут
Вышел и я.
Я видел, как вы сели в вагон,
Как он сел в соседний.
Потом осторожно, за золотой
Кондуктору,
Сел я сам.
Я здесь, как и вы,
Дней 10.
Н о м а х
Посмотрим, кто кого перехитрит?
Б а р с у к
Но это еще не все.
Я следил за ним, как лиса.
И вчера, когда вы выходили
Из дому,
Он был более полчаса
И рылся в вашей квартире.
Потом он, свистя под нос,
Пошел на вокзал...
Я тоже.
Предо мной стоял вопрос -
Узнать:
Что хочет он, черт желтокожий...
И вот... на вокзале...
Из-за спины
На синем телеграфном бланке
Я прочел,
Еле сдерживаясь от мести,
Я прочел -
От чего у меня чуть не скочили штаны -
Он писал, что вы здесь,
И спрашивал об аресте.
Н о м а х
Да... Это немного пахнет...
Б а р с у к
По-моему, не немного, а очень много.
Нужно скорей в побег.
Всем нам одна дорога -
Поле, леса и снег,
Пока доберемся к границе,
А там нас лови!
Грози!
Н о м а х
Я не привык торопиться,
Когда вижу опасность вблизи.
Б а р с у к
Но это...
Н о м а х
Безумно?
Пусть будет так.
Я -
Видишь ли, Барсук, -
Чудак.
Я люблю опасный момент,
Как поэт - часы вдохновенья,
Тогда бродит в моем уме
Изобретательность
До остервененья.
Я ведь не такой,
Каким представляют меня кухарки.
Я весь - кровь,
Мозг и гнев весь я.
Мой бандитизм особой марки.
Он осознание, а не профессия.
Слушай! я тоже когда-то верил
В чувства:
В любовь, геройство и радость,
Но теперь я постиг, по крайней мере,
Я понял, что все это
Сплошная гадость.
Долго валялся я в горячке адской,
Насмешкой судьбы до печенок израненный.
Но... Знаешь ли...
Мудростью своей кабацкой
Все выжигает спирт с бараниной...
Теперь, когда судорога
Душу скрючила
И лицо как потухающий фонарь в тумане,
Я не строю себе никакого чучела.
Мне только осталось -
Озорничать и хулиганить...
. . . . . . . . . . . . . . . .
Всем, кто мозгами бедней и меньше,
Кто под ветром судьбы не был нищ и наг,
Оставляю прославлять города и женщин,
А сам буду славить
Преступников и бродяг.
. . . . . . . . . . . . . . . .
Банды! банды!
По всей стране,
Куда ни вглядись, куда ни пойди ты -
Видишь, как в пространстве,
На конях
И без коней,
Скачут и идут закостенелые бандиты.
Это все такие же
Разуверившиеся, как я...
. . . . . . . . . . . . . . . .
А когда-то, когда-то...
Веселым парнем,
До костей весь пропахший
Степной травой,
Я пришел в этот город с пустыми руками,
Но зато с полным сердцем
И не пустой головой.
Я верил... я горел...
Я шел с революцией,
Я думал, что братство не мечта и не сон,
Что все во единое море сольются,
Все сонмы народов,
И рас, и племен.
. . . . . . . . . . . . . . . .
Но к черту все это!
Я далек от жалоб.
Коль началось -
Так пускай начинается.
Лишь одного я теперь желаю,
Как бы покрепче...
Как бы покрепче
Одурачить китайца!..
Б а р с у к
Признаться, меня все это,
Кроме побега,
Плохо устраивает.
(Подходит к окну.)
Я хотел бы...
О! Что это? Боже мой!
Номах! Мы окружены!
На улице милиция.
Н о м а х
(подбегая к окну.)
Как?
Уже?
О! Их всего четверо...
Б а р с у к
Мы пропали.
Н о м а х
Скорей выходи из квартиры.
Б а р с у к
А ты?
Н о м а х
Не разговаривай!..
У меня есть ящик стекольщика
И фартук...
Живей обрядись
И спускайся вниз...
Будто вставлял здесь стекла...
Я положу в ящик золото...
Жди меня в кабаке “Луна”.
(Бежит в другую комнату, тащит ящик и фартук.)
Барсук быстро подвязывает фартук. Кладет ящик
на плечо и выходит.
Н о м а х
(прислушиваясь у двери)
Кажется, остановили...
Нет... прошел...
Ага...
Идут сюда...
(Отскакивает от двери. В дверь стучат. Как бы
раздумывая, немного медлит. Потом неслышными
шагами идет в другую комнату.)
СЦЕНА ЗА ДВЕРЬЮ
Ч е к и с т о в, Л и т з а-Х у н и 2 м и л и ц и о н е р а.
Ч е к и с т о в
(смотря в скважину)
Что за черт!
Огонь горит,
Но в квартире
Как будто ни души.
Л и т з а-Х у н
(с хорошим акцентом)
Это его прием...
Всегда... Когда он уходит.
Я был здесь, когда его не было,
И так же горел огонь.
1-й м и л и ц и о н е р
У меня есть отмычка.
Л и т з а-Х у н
Давайте мне...
Я вскрою...
Ч е к и с т о в
Если его нет,
То надо устроить засаду.
Л и т з а-Х у н
(вскрывая дверь)
Сейчас узнаем...
(Вынимает браунинг и заглядывает в квартиру.)
Тс... Я сперва один.
Спрячьтесь на лестнице.
Здесь ходят
Другие квартиранты.
Ч е к и с т о в
Лучше вдвоем.
Л и т з а-Х у н
У меня бесшумные туфли...
Когда понадобится,
Я дам свисток или выстрел.
(Входит в квартиру и закрывает дверь.)
ГЛАЗА ПЕТРА ВЕЛИКОГО
Осторожными шагами Л и т з а-Х у н идет к той комнате,
в которой скрылся Номах. На портрете глаза Петра Великого
начинают моргать и двигаться. Литза-Хун входит в комнату.
Портрет неожиданно раскрывается как дверь, оттуда
выскакивает Н о м а х. Он рысьими шагами подходит к
двери, запирает на цепь и снова исчезает в портрет-дверь.
Через некоторое время слышится беззвучная короткая возня,
и с браунингом в руке из комнаты выходит к и т а е ц. Он
делает световой полумрак. Открывает дверь и тихо дает
свисток. Вбегают м и л и ц и о н е р ы и Ч е к и с т о в.
Ч е к и с т о в
Он здесь?
К и т а е ц
(прижимая в знак молчания палец к губам.)
Тс... он спит...
Стойте здесь...
Нужен один милиционер,
К черному выходу.
(Берет одного милиционера и крадучись проходит через
комнату к черному выходу.)
Через минуту слышится выстрел, и испуганный милиционер
бежит обратно к двери.
М и л и ц и о н е р
Измена!
Китаец ударил мне в щеку
И удрал черным ходом.
Я выстрелил...
Но... дал промах...
Ч е к и с т о в
Это он!
О! проклятье!
Это он!
Он опять нас провел.
Вбегают в комнату и выкатывают оттуда в кресле связанного
по рукам и ногам. Рот его стянут платком. Он в нижнем белье.
На лицо его глубоко надвинута шляпа. Чекистов сбрасывает
шляпу, и милиционеры в ужасе отскакивают.
М и л и ц и о н е ры
Провокация!..
Это Литза-Хун...
Ч е к и с т о в
Развяжите его...
Милиционеры бросаются развязывать.
Л и т з а-Х у н
(выпихивая освобожденными руками платок изо рта)
Черты возьми!
У меня болит живот от злобы.
Но клянусь вам...
Клянусь вам именем китайца,
Если б он не накинул на меня мешок,
Если б он не выбил мой браунинг,
То бы...
Я сумел с ним справиться...
Ч е к и с т о в
А я... Если б был мандарин,
То повесил бы тебя, Литза-Хун,
За такое место...
Которое вслух не называется.
1922-1923
